О цене человеческой жизни

16:09 — 07.06.2017

Человеческая жизнь никогда и нигде не стоила одинаково. Разве что перед Богом, но мы этого не знаем, и можем лишь только верить. А здесь, на земле, все мы стоим и ценимся по-разному. И слова об «одинаковой ценности любой человеческой жизни» - это демагогия и профанация.

В самых развитых и цивилизованных странах страховые агенты по-разному оценивают человеческую жизнь. Оценивают в буквальном смысле – в деньгах. И никого это не смущает и не напрягает.
За погибших в авиакатастрофах, в терактах или в масштабных природных катаклизмах государство периодически выплачивает солидные компенсации их семьям. За погибших в автокатастрофах, драках или несчастных случаях компенсаций никто никому не выплачивает. Очевидно, жизнь тех, кто погиб громкой смертью, привлёкшей широкое общественное внимание, стоит больше умерших тихо и незаметно.
Каждый день в Ираке, Сирии, Ливии, Афганистане или Филиппинах насильственной смертью от вооружённых людей погибает десятки и сотни местных жителей. В Москве, Берлине, Париже, Лондоне и Вашингтоне эти смерти никого не волнуют, и хорошо, если одно из десяти информагентств сообщит об очередной трагедии в сухой короткой сводке.
Но стоит произойти теракту в вышеупомянутых столицах с количеством жертв от трех и более человек, как обсуждать это будут по всем центральным телеканалам в течении нескольких дней. Жизни европейцев стоят дороже жизни азиатов и африканцев. И как ни кривите политкорректную мордашку, но так к этому относятся все, включая самых прогрессивных и толерантных гуманистов.

* * *
В этом нет ничего нового и даже постыдного. Своя рубашка ближе к телу, и невозможно относиться к чужим так же, как к своим. А ещё есть такая вещь, как привычка.
Человек привыкает ко всему, даже к смерти. Там, где смерть становится массовым и обыденным явлением, люди к ней привыкают – неважно, рядом ли это происходит или за тридевять земель.
На Ближнем Востоке насильственная смерть от боевого оружия стала обыденным явлением. К ней привыкли уже и свои, а чужие и подавно. И почти не обращают внимания.
В Европе и Америке подобная смерть обыденностью ещё не стала. К ней ещё не привыкли, и потому реагируют довольно остро.
Но вода камень точит, а неумолимая периодичность делает своё дело. Цена человеческой жизни медленно, но неуклонно снижается и в западной цивилизации – самой, до сей поры, гуманистической цивилизации нового времени.
Там взорвут, тут задавят, здесь пристрелят – и глядишь: очередной теракт уже не вызывает того шока, что предыдущий, и очередное нападение обсуждают уже не дни, а часы, и очереди с цветами и соболезнованиями к посольству уже не выстраиваются, и жертвы начинают интересовать лишь родственников да – в силу профессии – силовые структуры.
На погосте живучи всех не оплачешь, и к бессилию спецслужб люди начинают привыкать так же, как к неизбежности очередной террористической атаки. Так уценяется самая дорогая на сегодня человеческая жизнь – европейская. Побыв несколько десятилетий на пике стоимости, она снова пошла вниз. И процесс этот, кажется, необратим.
Американская цивилизация моложе и задорней европейской. Так что и средняя жизнь там дешевле, и к смерти относятся проще. Про Россию и говорить нечего. Раз уж сам президент у нас философски замечает, что «кому быть повешенным, тот не утонет», вряд ли стоит рассуждать у нас о высокой ценности жизни.
Хотя всё-таки подороже она сейчас стоит, чем раньше, подороже. И потенциал для роста, в отличие от Европы, есть. Слишком уж с низкой базы мы начинаем оценивать свою жизнь.

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии. Авторизуйтесь, пожалуйста, или зарегистрируйтесь, если не зарегистрированы.