Возвращение «Жизели»

08:00 — 26.04.2017

Зритель наслаждается не только самим танцем, но и богатством пластики, мимики и жестов, глубиной взглядов

Зритель наслаждается не только самим танцем, но и богатством пластики, мимики и жестов, глубиной взглядов

Автор фото: Ирина Гладунко

Возвращение «Жизели»

08:00 — 26.04.2017

Замок на горе, буйная яркая зелень, щедро залитая солнцем, уютные домики. Идиллически красивая деревушка, в которой все рады друг другу и изливают своё упоение жизнью изящным танцем...

Завораживающее зрелище

Именно такой предстаёт перед зрителем премьера «Жизели» в оперном театре. Поистине сказочную красоту подарил новой версии балета художник-постановщик Валентин Фёдоров своим безупречным вкусом, вниманием к деталям и полным погружением в историю. Каждый созданный им костюм – маленький шедевр. Особенно впечатляют одеяния знати, прибывшей в деревушку, где живёт Жизель. Это само величие, облачённое в тяжёлую парчу и меха. Остаётся загадкой, как удалось художнику сделать костюмы столь яркими и эффектными, но в то же время благородными, не кричащими.

Совсем иная, мистическая и суровая, красота ждёт зрителя во втором действии, в котором весёлое многоцветье сменяется изысканной, практически чёрно-белой гаммой. И в ночи появляются бестелесные снежно-белые призраки погибших девушек – виллис. Облетевшее скрюченное дерево – символ погибшей любви, надгробный памятник, на котором теплятся странные огни, схожие со знаменитыми огнями святого Эльма на реях корабля. Тайна и мистика здесь во всём, даже в мельчайших деталях. При взгляде на сцену словно чувствуешь ночной холод и влажность предрассветной росы. И на фоне всего этого великолепия разворачивается нежная романтическая история.

Живость классики

Один из самых нежных, романтических и трогательных балетов в мире наполнен совершенством. Новая постановка сохраняет все достоинства классики и в то же время обновляет стилистику, чёткой драматургической линией выстраивая глубокую философскую концепцию раскрытия посредством танца самых важных чувств – любви, ненависти, всепрощения и раскаяния.

Взяв за основу хореографию Жана Коралли, Жюля Перро и Мариуса Петипа балетмейстер-постановщик Юрий Ветров наделил героев яркими индивидуальными чертами, позволив классицизму стать живым и реальным. Ни на минуту, даже при исполнении самых сложных танцевальных элементов, лица артистов не превращаются в маски. И всё это пронизано искренним чувством, энергией и экспрессией.

История любви

Актёрские работы выстроены и глубоки. Наивна и романтична Жизель - Юлия Ануфриева. В её исполнении зрители видят на сцене живую, жизнерадостную и беспечную девушку, купающуюся в своей бесхитростной любви, кажется, не омрачённой ни единым облачком недоверия или подозрения. Граф Альберт - Василий Козлов, искромётно, темпераментно и с апломбом он показывает своего героя. Великолепны поддержки, создающие иллюзию невесомости балерины в руках партнёра. Очень эмоционален и силён танец Ганса в исполнении Михаила Болотова, быть может, чуточку более изящный, чем можно представить для образа сурового лесничего.

Словно отдельный балет в балете смотрится па-де-де в исполнении Татьяны Кайновой и Дмитрия Пельмегова. Точнейший рисунок танца, изящество и красота исполнения очаровывают, и хочется смотреть на них ещё и ещё и наслаждаться этим великолепным танцем. И после всей этой красоты и нежности как гром поражает сцена разоблачения. Невольно чувствуешь боль и смятение героини, страдающей и мечущейся среди косности и ханжества. Сцена смерти Жизели очень сильна и эмоциональна и преследует зрителя в антракте, не отпуская его эмоции.

Катарсис прощения

Второе действие стремительно, безжалостно и сурово. Тайный мир виллис очаровывает и пугает одновременно. Хореографическая красота массовых сцен царства бесплотных красавиц пленяет зрителей. Но главное впечатление от балета в том, что исполнители главных ролей очень точно и убедительно интерпретируют свои партии. Сильное впечатление производит гибель Ганса, которому явно сочувствует зал. И Альберт в этой постановке вовсе не злодей. Юный герой его искренне увлечён, но его прямодушие не отменяет тяжесть вины и глубину раскаяния. В финальной сцене с Жизелью он не пассивный партнёр балерины. Его танец вторит её танцу и соперничает с ним, сливаясь в неразделимое целое, как призрачная мечта об утерянном счастье. А расставание героев навечно после чудесного спасения до слёз трогает зрителей, ещё раз доказывая, что самый романтический из балетов даже в эпоху прагматизма может затронуть самые тонкие струны человеческой души.

Теги: Театр, Культура

2438

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии. Авторизуйтесь, пожалуйста, или зарегистрируйтесь, если не зарегистрированы.