Казанова в стиле рок-н-ролл

06:00 — 16.06.2016

Казанова в стиле рок-н-ролл

Автор фото: Фото из архива Андрея Паньшина

Казанова в стиле рок-н-ролл

06:00 — 16.06.2016

Андрей Паньшин – человек, который успевает всё и везде. Кажется, что в его сутках как минимум 48 часов. Его телефон разрывается от звонков. Он, как ветер, летает по городу, время от времени превращаясь в древнеримского воина, сражающегося в бескровных реконструкторских боях. Вечером он может быть Леонардо да Винчи или Казановой, очаровывающим зрительниц непередаваемым обаянием и великолепным голосом в мюзиклах нижегородского театра «Комедiя». А ночью уже как солист группы Jack Daniel’s Time приводит в восторг любителей рок-н-ролла и блюза в многочисленных нижегородских ночных клубах.

И понеслось!

– Андрей, как вы, социолог с университетским образованием, превратились в заядлого рок-н-ролльщика?

– Поправка: не социолог – социальный работник! Меня учили не считать и вычислять, а слушать и говорить. Эта работа – приюты, трудные подростки, алкоголики, наркоманы, самоубийцы. Когда я выбирал, на кого хочу пойти учиться, мне это показалось очень интересным. В 1997-м от истфака как раз отпочковался факультет социальных наук, и мы – первый курс, на нём учившийся.

– И как же скромный студент взял в руки гитару?

– Я был маменькиным сынком, но любил слушать рок-н-ролл, блюзы… Дальше – больше. Купил гитару – и понеслось! Музыкального образования у меня нет, а вот любимых исполнителей – десятки! Элвис, Muddy Waters, Howlin’ Wolf из блюзовых, Led Zeppelin, Aretha Franklin. Все те, кого пою, и ещё куча! Включая тех, кого не знают в России, например, Charlie Patton, который придумал гитарные рифы почти за 30 лет до появления рока!

– Недавно ваша группа отметила своё пятилетие. Как она возникла и почему вы назвали её Jack Daniel’s Time?

– Очень хотелось вживую послушать мировые хиты – рок-н-ролл, блюз в Нижнем. Послушали, поняли, что всё не так, и решили играть сами! Хотя толком ни играть, ни петь не умели. Репетировали, как и положено, в гараже. Сначала играли на акустических гитарах, потом перешли на электрические. И потребовалось название. Мы с Андреем Малкиным зачитывались исследованиями Валерия Писигина про историю блюза. Там и узнали про старого блюзмена T Model Ford. Он почти даром выступал в маленьких кабачках на юге Америки, хиты 1950–1960-х мог играть всю ночь, но каждые полчаса останавливался, доставал фляжку с заветным напитком, провозглашал: «Jack Daniel’s тime», десять минут отдыхал и продолжал петь. В честь него мы и назвали свою группу.


Естественный отбор

– А по какому принципу вы отбираете песни в репертуар?

– Главная цель – чтобы все на ушах стояли. Чтобы даже самые стеснительные встали и пошли танцевать. Это сложно, но оно того стоит! Конечно, далеко не всё можется, что хочется. Для многих композиций необходимо большое количество инструментов. А у нас всего три и губная гармошка. Часть песен мы не можем сыграть в нужном стиле: не кайфово звучит. А если нам не нравится, как звучит, или зрители на концертах не реагируют, мы оставляем эту песню. Естественный отбор.

– Как вам удаётся так точно попадать в образы великих певцов прошлого века? Обычно такой точности достигают лишь люди с идеальным слухом…

– Дело не в слухе. Мне очень нравится, как работали звёзды на своих шоу. Это интересно и сложно – попробовать себя в таком стиле и сделать номер, чтобы он стал представлением. Что-то получается, что-то нет, но это не шоу один в один – ни внешне, ни вокально, ни пластически. Просто берутся узнаваемые фишки, которые, естественно, ложатся на песни.

– Да, вы ещё и танцуете классно!
Где научились?

– В нашем городе учат рок-н-роллу, джазу и блюзу, есть несколько танцевальных школ. Танцевальным блюзом я занимался пять месяцев, многое оттуда вынес, взял основы. Потом учился свинг-дансу 1930-х годов. Эта работа бесконечна! Мне интересно всё: от исполнителей 30-х годов прошлого века до современных.

Мне говорят: «О! Вы так похожи на Элвиса!» Да я даже рядом не стоял! До него мне ещё пилить и пилить!

– Кто, на ваш взгляд, из сегодняшних певцов сопоставим по масштабу с легендами 1950–1960-х?

– Ирландский автор и исполнитель Эндрю Хозиер. Он творит музыку мирового масштаба, и я уверен, что он – будущий классик. Сейчас мы живём с ним в одно время на одной планете, а потом его песни будут исполнять и знать так же, как хиты Элвиса.

– Чей образ из воспроизведённых вами был самым сложным?

– Как раз Хозиер. У него интересная, сложная и одухотворённая музыка. Долго бились с Double Trouble, тяжко шли ZZ Top и AC/DC. Вообще хард-рок для меня тяжелее, потому что там отдача должна быть совершенно невероятная. После этого сложно петь более лёгкие песни.

Рыцарь Леонардо

– А что привело вас в ряды реконструкторов и какой век вы предпочитаете?

– Я почти 16 лет в ролевом движении. В 2002-м ко мне попала в руки книга Коннолли по реконструкции военного дела Древней Греции и Рима. Я не раз прочёл её от корки до корки, и мы решили на базе ролевого клуба «Железная молния» создать реконструкторский клуб по Древнему Риму. Так появился «Двенадцатый молниеносный легион».

– Кстати, бои Казановы в одноимённом спектакле театра «Комедiя» вы ставили для себя сами?

– Там всё было прописано до нас. Режиссёр Николай Николаевич Андросов ставил каждое движение.

– Как же вы попали в театр комедии к Брейтбургу? Неужели просто пришли на кастинг?

– Просто пришёл! Я не верил, что могу пройти на главную роль. Наш гитарист, мама которого работает в театре, как-то ей сказал в шутку: «Андрюху не возьмёте – не будет у вас Казановы». Пошутил и забыл. А она запомнила и пригласила меня. Продюсеры посмотрели, что-то их зацепило, и выбрали меня… Почему? Не знаю: желающих было множество.

– Коллеги характеризуют вас как человека очень скромного. Как же вы смогли сделать столь убедительным образ Казановы?

– Если мужчина – настоящий мужчина, часть Казановы в нём точно есть. Тяжело было в других моментах. Мюзикл – жанр, который требует умений, которые не набрать ни в одном клубе или студии. Приходилось учиться на ходу. Всему, даже просто стоять и молчать на сцене. Оказывается это безумно сложно.

– Сегодня вы ещё и Леонардо да Винчи. Чем работа над образом гения в годах отличалась от работы над юным Казановой?

– Пока сложнее у меня ничего не было – и музыкально, и игрово. Меня ввели в спектакль, который шёл уже три года. Очень многогранный, эмоционально насыщенный образ. Произведения Кима Александровича Брейтбурга – это всегда сложно и интересно одновременно. Я видел отрывки других его мюзиклов: «Джейн Эйр», «Голубая камея», «Дубровский» и мечтаю сыграть там хоть какую-то роль.

– На сайте Стихи.ру есть и ваша страничка. Большинство произведений – любовная лирика. Есть ли песни на ваши стихи, или одно с другим не совмещается?

– У нас достаточно кавер-программ (кавер – известная авторская композиция в исполнении другого музыканта. – Авт.). Теперь можем заняться своим творчеством. Хотим за это лето восстановить песни своего авторства и написать новые! Хотя мы уже целый свой альбом сделали – практически все песни там на мои стихи. Музыку писал Вениамин Тюльпанов, нижегородский гитарный виртуоз.

Теги: Культура

3570

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии. Авторизуйтесь, пожалуйста, или зарегистрируйтесь, если не зарегистрированы.