Александр Архангельский: переводчик с птичьего

07:01 — 02.06.2016

Времена меняются, но пушкинский Кот Учёный всё ходит кругами. Правда не по цепи, а по старинной мебели, и вдохновляет на творчество уже исследователей Пушкина

Времена меняются, но пушкинский Кот Учёный всё ходит кругами. Правда не по цепи, а по старинной мебели, и вдохновляет на творчество уже исследователей Пушкина

Автор фото: Фото из архива Александра Архангельского

Александр Архангельский: переводчик с птичьего

07:01 — 02.06.2016

Для всех литераторов, филологов, любителей Слова первый летний месяц особенно значим. Ведь июнь подарил миру Поэта. И именно в июне проходят самые интересные мероприятия, читаются самые интересные лекции, посвящённые Александру Сергеевичу Пушкину. Этот год не исключение: в Болдино приезжает литературовед и телеведущий Александр Архангельский. О себе, о Пушкине, современной литературе он рассказал в эксклюзивном интервью «Нижегородской правде» накануне приезда.


Пульс литературы

– Александр Николаевич, с чего начался ваш профессиональный интерес к Пушкину, ведь сначала вам было ближе творчество Пастернака?

– Человек в юном возрасте зависит от того, кто ему положил руку на пульс литературы. В институте я встретился с Валентином Ивановичем Коровиным, специалистом по XIX веку, автором школьных учебников. Он стал «моим Валентином Ивановичем», открывшим для меня Пушкина. Так всё и началось.

А дальше нас начали дрессировать. Если ты занимаешься Пушкиным, то должен знать всё про эту эпоху: хлебные рынки, соотношение серебряных денег и ассигнаций, взаимоотношения политических элит, историю войн.

– На филфаках студентам при выборе темы для курсовой работы или диплома часто заявляют: никакого Пушкина, там всё уже давно вытоптано – исследуйте малоизвестного писателя, можно ныне живущего.

– Пушкин – живой писатель в той мере, в которой он аукается с современной литературой. Он не ушёл в сферу античности, как Гомер. Да и Гомер не ушёл! Изучайте! Я не понимаю, как можно всерьёз исследовать живущих. Это не академический материал. Критика – да, но не литературоведческие исследования.

Контурная карта «Пушкин»

– О чём программа, с которой вы выступите в Болдине 18 июня?

– Говорить мы будем о внутренней логике. За одну лекцию, словно с высоты птичьего полёта, можно увидеть лишь контуры, понять, к чему всё движется. Показать, как творчество Александра Сергеевича связано с его внутренним миром. Летом всё видно далеко: света много. И если комары с мухами, про которых поэт иронично писал, не помешают – «контурная карта «Пушкин» вполне будет нам видна.

– Вы назвали лекцию «Пушкин для неверующих». Отчего?

– Для сегодняшнего поколения Пушкин не очевиден. Было время, о нём многое знали не только филологи, но и военные, рабочие. Тогда произошла такая возгонка знаний о Пушкине, что в деталях разбирались многие, читали Лотмана и Эйдельмана. Сегодня этот контекст разрушен. Сказать «Эйдельман писал» – не сказать ничего, потому что кто это такой, почти никто не знает. Приходит время, когда вещи очевидные стали неочевидными. Мы – филологи, нам хорошо в своём кругу на своём птичьем языке разговаривать. А надо нам с птичьего-то переходить на человеческий. Поверьте, говорить просто сложнее, чем говорить сложно.

Главное – живой

– Давайте немного о современности. Сейчас выпускается такое количество книг, что можно просто утонуть в море литературных лиц и произведений. На ваш взгляд, кто из авторов действительно писатель и какие из книг, выпущенных в последние годы, вы бы рекомендовали прочитать?

– Есть выдающийся роман Владимира Маканина «Асан» – о чеченской войне, где действует герой с известной фамилией Жилин. В нём что-то от толстовского образа.

В 2000-е была выпущена роскошная книжка Майи Кучерской «Современный патерик», где она с лёгкой иронией работает в жанре средневековой литературы. «Лёгкие миры» Татьяны Толстой… И чудовищно затянутый, но живой роман Захара Прилепина «Обитель». Первые его семь или восемь страниц, про прадеда, я включил бы в школьный учебник литературы: после них понятнее становится «Детство» Горького.

Роман «Лавр» Евгения Водолазкина помогает осознать «Повесть о Петре и Февронии». Книга Дмитрия Быкова «Борис Пастернак» – интеллектуальный роман о любви писателя Быкова к писателю Пастернаку, это не исследование, а живой роман!

Средняя линия

– Вы автор учебников и пособий по литературе. Как оцениваете сегодняшний уровень учебной литературы в целом?

– Литература не предполагает единственно правильного ответа. Я бы выбрал среднюю линию. Учитель знает детей и должен чувствовать, что кому важнее. Не надо навязывать всё сверху: процентов семьдесят должно быть единым, а остальное пусть течёт.

– Программы всё больше делают уклон в современную литературу, выкидывая из неё поэтов и писателей XVII–XIX веков. Насколько это оправданно?

– XVII век – языковое изнасилование, если изучать тексты, не переведённые на современный язык. Представьте не склонного к литературе школьника в неспециализированной школе, читающего «Повесть о Фроле Скобееве». Ребёнок же возненавидит русскую литературу! Тут лучше изучить отрывок. Но знаковые произведения – скажем, «Недоросля» или «Войну и мир» – убрать нельзя, иначе разрушится культурная традиция. Сейчас как раз вычитываю вёрстки составленных мной вместе с директором малаховской гимназии Татьяной Смирновой учебников с 5-го по 9-й класс и думаю: кого я выкинул? Да никого! Но и современная литература должна быть – от подростковой до взрослой. К примеру, Державина можно куда лучше понять, прочитав роман Тынянова о Пушкине.

Сегодня школьники стали меньше знать и больше понимать. И первые два курса высшего образования превратились в восполнение знаний среднего образования.

Наполнить систему

– У вас четверо детей. Каков ваш метод исподволь приучить ребёнка к чтению – действенный, но без принуждения?

– Мой сын увлекается кино. Я мотивирую его на книгу через кино: смотрим экранизации, обсуждаем. Дочери ближе общественные науки, ей интересно, как в книге отражена эпоха. С точки зрения литературоведения неправильный подход, а с точки зрения жизни вполне годится. Можно и подкупать, но только когда ничего другого не остаётся!

– ЕГЭ идёт по стране. Споры о такой проверке знаний не утихают, особенно в сфере гуманитарных наук. Многие уверены, что, если ничего не изменится, образованию придёт конец.

– В истории есть простое правило: не делай ошибок – не будешь их исправлять. Я был убеждённым противником изъятия сочинения (как вида школьной работы. – Авт.) из программы. Но когда его внезапно вернули, без подготовки детей, и заставили писать девятиклассников, началось невообразимое. Если сейчас ЕГЭ резко отменить, система рухнет. Надо наполнить её новым содержанием. Удастся ли это – увидим.

Досье «НП»

Александр Николаевич Архангельский.

Литературовед, критик, писатель, телеведущий. Член общественного Совета по культуре при Президенте Российской Федерации. Окончил факультет русского языка и литературы Московского гуманитарного педагогического института. Кандидат филологических наук. Награждён орденом Дружбы за большие заслуги в развитии отечественного телерадиовещания и культуры. За цикл программ «Тем временем» удостоен премии Правительства Российской Федерации в области средств массовой информации. Профессор факультета медиакоммуникаций Высшей школы экономики.

Теги: Культура

2116

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии. Авторизуйтесь, пожалуйста, или зарегистрируйтесь, если не зарегистрированы.