От Молчалина до Фамусова

07:59 — 10.03.2016

Фото из архива Владимира Берегова

Фото из архива Владимира Берегова

От Молчалина до Фамусова

07:59 — 10.03.2016

Финист Ясный Сокол, Иван Царевич, князь Звездич, Швабрин, Дроссельмейр, Мэкки-Нож, граф Глостер и даже Людовик Великий. Кого только не сыграл на сцене театра юного зрителя Владимир Берегов, артист, ни разу не изменивший своему театру. Делящий с ним все радости и невзгоды ровно 30 лет.

Я за него!

– В военной форме вы производите впечатление настоящего военного. Как оказались не в элитных войсках, а в театральном училище?

– После окончания школы мы с одноклассниками поехали на природу, где встретили студента из театрального училища. Он рассказал о своём курсе, о том, что надо сдавать… И так это всё было завлекательно, что я решился поступать. Подал заявление и прошёл с первого раза. Тем более что была предыстория: брат мамы, дядя Вадик, после войны поступил в наше театральное. Он был очень талантлив – пел, танцевал, рисовал. Но время было голодное, и бабушка забрала его из училища. Когда мама узнала о моём выборе, разрешила исполнить мечту своего брата.

– И каким же вы были студентом?

– Страшным лентяем. Меня даже отчислить хотели. Но на показе отрывков мой мастер, Валерий Соколоверов, поставил мне огромный плюс. Так двойка превратилась в тройку с минусом, и я остался. Потом пошёл в армию – служил под Костромой и Кировом в стройбате. Когда вернулся, Соколоверов сказал: «Некоторым армия идёт во вред, а тебе пошла на пользу». Училище я окончил с красным дипломом.

– Но с красным дипломом была прямая дорога в любой вуз без экзаменов. Почему пошли в театр?

– Очень хотел работать артистом, жениться на однокурснице. И был рад, что Борис Наравцевич, увидевший меня в показах самостоятельных работ, пригласил в наш ТЮЗ. Я поставил условие: приду только с женой. И мне разрешили.

Как развернуть Михалкова

– С чего началась ваша кинокарьера? Говорят, в фильме «Конец операции «Резидент» можно увидеть, как Берегов пластинку покупает в магазине «Мелодия»…

– Это было на третьем курсе училища. В фильме снималась наша звезда Наталья Лапина – она всех нас и сосватала. Мы снимались в массовке. Там-то я в эпизоде и покупал эту пластинку вместе с сокурсницей Натальей Сурковой. Помните кадры, где молодёжь идёт по площади Минина и Пожарского и Чкаловской лестнице к пароходу? Это тоже мы. На том же пароходе ходили в сценах на Волге. За этот потрясающий отдых-работу нам ещё и деньги платили – по три рубля за день! А потом мы ходили в кинотеатр «Печоры» – смотреть фильм. Тогда же снимали и «Жизнь Клима Самгина», Лапина играла Алину. И мы там в эпизоде поднимали колокол в Безводном, под Кстовом.

Самое удивительное в нашей профессии то, что можешь утром быть персонажем сказки, слышать смех и чувствовать искренний восторг детишек, а вечером – заставить плакать над судьбой своего героя взрослых людей.

– Какие впечатления остались от работы с Никитой Михалковым в «Утомлённых солнцем-2»?

– Я играл Круглова, которого, как мне говорили, должен был играть Виктор Сухоруков. Кстати, в этот фильм меня рекомендовала Наталья Суркова. Приехал знакомиться с Михалковым в Горбатов. Захожу в гримёрный вагончик – как на экзамен. Он сидит спиной и смотрит на меня в зеркало. Как мне его развернуть? Я сказал: «На XXII Международном кинофестивале мы с вами вместе были на сцене. Вы – председатель, я – ведущий». И он повернулся: «Да, да… Было, было…» А когда про презентацию «Утомлённых солнцем» в ТЮЗе напомнил, улыбнулся, и мы стали общаться. В его фильме я снимался с Маковецким, а Михалков дирижировал этой сценой. «Спасибо тебе. Помог ты нам», – сказал после съёмок.

– Что для вас кино?

– Учёба. В 2014 году снимались мы в фильме «Выпускной». Там я понял, что такое кино. Всё как в жизни. Не понимаешь, репетиция это или живой разговор. Это опыт и очередной шаг в профессии. Но всё-таки моя стихия – театр. В ТЮЗе было много режиссёров. У всех я играл и всем благодарен: Наравцевичу, Симакину, Белову, Кокорину, Золотарю, Шрайману.

– Как вам удаётся со всеми найти общий язык?

– Просто надо делом заниматься, а не закулисными интригами. Работать на сцене, а не в коридорах. Я никогда не обсуждаю закулисные дела в гримёрке.

Иван царевич на пятом десятке

– Для меня был совершенно неожиданным ваш Индеец Джо. Как? Берегов – Индеец? А какая роль стала самой необычной для вас?

– У нас ТЮЗ, всё бывает. Ивана Царевича в «Царевне Лягушке» я играл 18 лет. Однажды молодой актёр не пришёл, и мне пришлось снова его сыграть. Поначалу засомневался: «У меня уже и волос-то нет, и животик». Но мне сказали: «Выручай!» Так на пятом десятке сыграл Ивана Царевича. Мне и глаза выкалывали, когда я играл Глостера в «Короле Лире», и водой обливали. В этом было что-то не­обычное и интересное. Весь мокрый ты произносишь текст Шекспира!

– В училище, в «Горе от ума», вы играли Молчалина, а в недавней премьере ТЮЗа – Фамусова. Чем для вас стал этот спектакль?

– Это сложный путь – от Молчалина до Фамусова. Мне нравится играть в этом спектакле, ощущать непередаваемое обаяние стихов Грибоедова. У него фантастический язык – так складно, так умно! Не представляю, как бы это выглядело в прозе. Запоминается мгновенно! Единственное… Есть стереотип при произнесении крылатой фразы. Главное – не выделять её в контексте спектакля. Тогда всё получится.

– В школе, читая «Горе от ума», многого не понимаешь. Например, что Фамусов вовсе не старик. Глядя на ваш спектакль, открываешь множество смыслов, вложенных Грибоедовым в этот образ. Как вы этого добились?

– В Малом театре Фамусова играл очень немолодой Царёв. Но герою же не больше 45! Я старше, но я же не старик! Хотя при Грибоедове это был солидный возраст. Не отойдя от текста, мы показали Фамусова совершенно иным. Наш спектакль не про «обличение общества», как всегда трактовали эту пьесу. У нас она про любовь! Про предательство в любви. Чацкий любит Софью, она – «менеджера» Молчалина. Так нет бы просто сказала: «Не люблю». А она выставляет Чацкого сумасшедшим. Это же обидно!

Жук с текстом Пиньона

– Спектакль «Ужин дураков» получил две театральные премии: Евстигнеевского фестиваля и «Премьера сезона» – за лучшую мужскую роль, Франсуа Пиньона. Как удалось войти в роль забавного француза, да ещё и не думать о сравнениях со знаменитым фильмом?

– Пиньон у меня не получался. Никак. Режиссёр Виктор Шрайман уже терял надежду и спросил: «А кого вы играли в ТЮЗе комического и гротескного?» – «Жука в «Дюймовочке». – «А как вы его играли?» – « А вот так!» – и показал. А он говорит: «Вот так и надо! Попробуйте играть Жука с текстом Пиньона!» Я не поверил, но всё получилось! Мне нравится работать со Шрайманом. Он даёт артисту реализовать то, что сидит внутри. С ним я становлюсь художником.

Досье «НП»

Владимир Берегов. Окончил Горьковское театральное училище. С 1986 года работает в Нижегородском (Горьковском) театре юного зрителя. Награждён благодарностью Президента за заслуги в области культуры, лауреат театральной премии имени Собольщикова-Самарина, дипломант областного фестиваля «Премьеры сезона» за роль Людовика Великого в спектакле «Кабала святош».

Теги: Театр, Культура

1396

Комментирование данного материала запрещено администрацией.