По ту сторону жизни

07:59 — 03.03.2016

Нижегородские собровцы после очередного задания. Один из следующих выездов для восьми ребят с фото станет последним

Нижегородские собровцы после очередного задания. Один из следующих выездов для восьми ребят с фото станет последним

Автор фото: Фото из семейного архива автора

По ту сторону жизни

07:59 — 03.03.2016

Март 1996-го. Площадь Горького перекрыта для движения транспорта. Возле Дома связи – непрекращающийся людской водоворот. Поникшие на весеннем ветру алые головки гвоздик, скупые слёзы на суровых лицах. И отчаянное чувство безысходности, словно плотный туман в одночасье накрывшее город: уже ничего не изменить.

Задержались на минутке

Город прощался со своими земляками, сотрудниками Регионального управления по борьбе с организованной преступностью (РУБОП), которые, находясь в составе специального отряда быстрого реагирования (СОБР), погибли в Чечне 6 марта. В этот день чеченские сепаратисты попытались захватить Грозный, войдя в город с нескольких направлений. Как рассказывали участники боевых действий, один из отрядов проник в чеченскую столицу на обычной электричке. В Гудермесе боевики высадили из поезда простых пассажиров, заняли их места и беспрепятственно въехали в Грозный.

6 марта 1996 года в районе площади Минутка погибли 10 сотрудников нижегородского СОБРа. Все посмертно награждены орденами Мужества.

Они атаковали военные комендатуры и блокпосты внутренних войск на площади Минутка. Своё необычное романтическое название она получила благодаря весьма банальным событиям: проходивший там рабочий поезд останавливался на площади всего на минуту. На подступах к Минутке десять нижегородских собровцев провели последние часы своей жизни.

150 метров огня

6 марта рано утром сотрудников нижегородского СОБРа подняли по тревоге. Они загрузились в две машины – БТР и БРДМ – и отправились в Главное управление оперативного штаба (ГУОШ). У них не было никакой информации, но они догадывались: случилось что-то серьёзное. Было слышно, как на окраине города идёт бой с применением артиллерии. Стало понятно: наступают не разрозненные отряды боевиков, идёт настоящий штурм Грозного.

Их было восемнадцать – здоровых нижегородских парней, большинству из которых на тот момент не исполнилось и тридцати. Они напряжённо слушали рацию и видели, как одна за другой покидают территорию ГУОШ бронетранспортёры коллег. Вот поехали курганцы, пермяки, липецкий СОБР. «Мы попали в засаду!» – послышалось через 15 минут из рации. И тут настал черёд нижегородского СОБРа…

Из боевого донесения: «Несмотря на очевидную смертельную опасность этой боевой операции нижегородские собровцы решили оказать помощь своим коллегам, попавшим в окружение, эвакуировать раненых и погибших. Территория перед девятиэтажками на проспекте Ленина простреливалась. Необходимо было преодолеть около 150 метров под плотным огнём противника и выйти в район подземного перехода».

Он вчера не вернулся из боя

Конечно, было страшно, когда пули боевиков завели свою свинцовую кадриль на броне военных машин. Но лишь на какие-то доли секунды…

– Андрюху ранило, прикройте меня! – кричал Алексей Чистяков, бросаясь на выручку Андрею Евлампиеву. Вскоре снайпер-боевик хладнокровно расстреляет обоих.

– Мужики, посмотрите, на месте ли у меня ноги? – просил Андрей Прима, получивший ранения ног и позвоночника. Его перевяжут, сделают болеутоляющий укол, но… через полчаса его не станет.

Вскоре пуля найдёт Алексея Верещагина, прикрывавшего раненого Приму. Не менее пяти ранений получит Пётр Пронин. А в какой-то момент вдруг умолкнет пулемёт нижегородского БТР.

– Всё, патроны кончились, – скажет, вылезая из машины, Вениамин Старостин и тут же начнёт оседать, получив пулю в висок.

Для выхода в тыл противника и его уничтожения будет сформирована штурмовая группа – Дмитрий Сябаев, Вадим Власов, Александр Кудрявцев, Павел Ромашов и Алексей Кудрявцев. В ходе прорыва погибнут Саша Кудрявцев и Паша Ромашов. Потом в подземном переходе найдут Диму Сябаева и Лёшу Кудрявцева: пустые магазины, а при входе в тоннель не меньше десяти трупов «духов».

За Россию и свободу до конца

В живых из этой штурмовой группы останется лишь Вадим Власов, мой муж. Он и ещё семеро его товарищей, с ранениями и контузиями вернувшиеся тогда из Чечни, 6 марта отмечают теперь второй день рождения. И неизменно приезжают в Марьину рощу, где под раскидистой елью лежат их друзья. Приезжают сюда родные, близкие, бывшие сослуживцы – все те, у кого эти 20 лет саднит и кровоточит на сердце незаживающая рана. Для кого 6 марта не просто день в календаре. Это дата, разделившая всю жизнь на «до» и «после». Глядя на каменные плиты мемориала, серьёзные мужики в камуфляжной форме не стыдятся слёз и молча поднимают стаканы за погибших товарищей.

– Наши сотрудники с честью исполнили свой служебный долг, за Россию и свободу до конца, – говорит генерал-майор Иван Кладницкий, с 1989 по 2001 год возглавлявший

РУБОП. – Но все эти годы на душе непроходящая боль. Это были молодые парни, отличные ребята. Так сложилось, что их жизни оказались в прицелах снайперских винтовок боевиков. И как знать, где бы проходила сегодня граница России, не выйди эти бойцы на тот смертельный рубеж. Ценой своей жизни они сохранили целостность нашего государства.

Теги: Общество

820

Комментирование данного материала запрещено администрацией.