Валентин Гафт: «Я всё сказал своими стихами»

07:59 — 08.10.2015

Валентин Гафт: «Я всё сказал своими стихами»

Автор фото: Георгий Ахадов

Валентин Гафт: «Я всё сказал своими стихами»

07:59 — 08.10.2015

Всенародный любимец, кумир нескольких поколений женщин Валентин Иосифович Гафт – обаятельный, ироничный, великолепный актёр, замечательный чтец и прекрасный рассказчик. Увидеть его на сцене – мечта многих. Когда она сбывается, с концертов зрители идут под впечатлением не только от его таланта, но и от осознания глубины его взглядов на окружающую нас действительность. А уж пообщаться лично, глядя в глаза…

Король эпиграммы

Отметив недавно 80–летний юбилей, актёр приехал в Нижний на большой творческий вечер и нашёл время для «Нижегородской правды». Народный артист России, много лет он работает в московском театре «Современник», сыграл более 100 ролей в кино, записал множество радиоспектаклей. Его уникальный голос с завораживающей хрипотцой невозможно забыть. Как нельзя забыть и его эпиграммы. Раз услышанные, они намертво впиваются в память. Популярность его стихов и эпиграмм так высока, что в сети стали появляться строки, написанные от его имени. С одной стороны, актёру приходится открещиваться от приписанных ему грубостей, а с другой – это ли не признак признания и популярности его стихотворного таланта?

– Удивительно, что ваши едкие язвительные и резкие эпиграммы не рассорили вас с друзьями. Хотя многим из них вы далеко не льстили. Как вам это удаётся?

– Эпиграмма – такой жанр, где всё на грани оскорблений и восхищений. Тут всё трансформируется, гиперболизируется и в секунду подаётся суть какого-то явления или часть характера. Тогда это хорошо. Ия Саввина любила мои эпиграммы, ей посвящённые. Одна вот: «Глазки серо-голубые: каждый добрый, вместе злые». Ещё одна, её любимая, была написана после «Дамы с собачкой»: «Всё это правда, а не враки и вовсе не шизофрения. В Крыму гуляли две собаки: поменьше – шпиц, побольше – Ия».

Непечатное

– С чего всё началось или из-за кого?

– Из-за Ролана Быкова. Мы снимались с ним в одной картине в Минске. Я играл дрессировщика лисиц. Тогда про эпиграммы я знал только то, что их писал Пушкин. Быков написал мне: «Что такое Гафт? Может, это шкаф? Или так не выговаривают МХАТ?.. » – так всё и началось. А свою первую я написал на Михаила Козакова. И мы потом отвечали эпиграммами друг другу!

– Иногда в ваших эпиграммах можно встретить непечатный текст. А как вы относитесь к мату?

– Я не могу слышать, как на улице маленькие девочки, да и мальчики, в разговоре сыплют словами на букву б… Но есть сочетания, полные силы и мощи. Такое выразительное словосочетание, имеющее колоссальную силу, сногсшибательную, генетическую, кованную историей мощь, имеет право на существование. Но в устах художника, а не какого-то хилого, мелкого и вредного хулигана. Я за такой мат.

Лирик

И тем не менее, эпиграммы Гафта многих задели за живое, он почти перестал их писать и обратился к лирике. В своих стихах он другой – нежный, задумчивый, ранимый и лиричный, особенно когда вспоминает детство и ушедших друзей…

Уже от мыслей

никуда не деться.

Пей или спи,

смотри или читай,

Всё чаще вспоминается

мне детства

Зефирно-шоколадный рай.

Ремень отца свистел

над ухом пряжкой,

Глушила мать

штормящий океан

Вскипевших глаз

белёсые барашки,

И плавился на нервах

ураган.

Отец прошёл войну,

он был военным,

Один в роду

оставшийся в живых.

Я хлеб тайком

носил немецким пленным,

Случайно возлюбя

врагов своих.

– Многие, кто как-то умудряется выдавать какие-то рифмы, именует себя поэтом. Но вы-то точно он!

– Я не поэт и занимаюсь этим непрофессионально. Хотя… сегодня, может, уже и поэт. Мне сейчас любое звание можно поставить: мне 80 лет, и я уже столько всего написал!

– Как относится к вашему творчеству жена?

– Она – скромный человек, в отличие от меня. Она слышать не может, как я читаю свои стихи. Она не любит их, хотя знает все наизусть и на творческих встречах подсказывает мне, если я вдруг забуду!

Главное – преодолеть свою лень. Лежишь на диване и чувствуешь, что прорастают корешки. И тогда вскакиваешь и начинаешь работать. Право выйти на сцену надо накопить: это очень тяжёлая и интересная работа.

Сложные вопросы

– А ведь этих встреч много…

– Сейчас у меня есть антрепренёр, который этим занимается. Теперь я буду проводить такие вечера реже. С одним и тем же выступать неинтересно, а придумывать новое сложно. Но главное для меня – видеть реакцию зала. Мне нравится выступать, мне интересно, как реагирует зритель на то, что я стараюсь выразить через свои стихи. Ими я на сложные вопросы отвечаю сам себе. Вот стихотворение про осень:

Деревья жёлтые стоят. Рванул холодный ветер.

Никто-никто не виноват, что есть осенний листопад.

Что старость есть на свете.

Пришла осенняя пора, никто не даст отсрочки.

Здесь, как соски, ещё вчера, на ветках зрели почки.

Но вот уже рога трубят. Прошли весна и лето.

Метлою дворники шуршат, пером скрипят поэты.

Кленовый жёлтенький листок, полосочки, прожилки,

Ты на ботинок мой прилёг, как будто на носилки.

Возьму тебя с собой, дружок, и ляжем в землю чёрствую.

Ты отшуршал своё, листок, а я всё философствую.

Философ

– Во что вы верите? Что для вас Бог?

– Бог? Об этом нельзя говорить всуе. Это очень сложный вопрос. Если Бог, то не между прочим. Я – крещёный человек. Я когда с Олей (женой, актрисой Ольгой Остроумовой, – прим. авт.) познакомился, в «Ревизоре» играл Городничего, и мне не хватало вот этого ощущения и понимания Бога. Я не мог говорить «Бог» на русском языке. И тогда я крестился. Мне потом столько писем написали: вот вы, такой-сякой, изменили своей религии… Да у меня религия всегда была одна – только называлась она по-другому. Я просто верю. Это замечательное ощущение. И невероятные ощущения приносит молитва. Она собирает силы. Ведёт вперёд. Я написал об этом стихотворение «Огонь»:

Есть у огня свои законы.

Огонь войны –

в людей вселяет страх.

Покоем дышит

он в каминах и кострах.

Но есть огонь

невидимый – иконы.

О, как блаженно

жгут лучи твои!

Сжигай меня,

икона, я не струшу,

Я знаю,

ты сожжёшь грехи мои,

Чтоб отогреть

измученную душу.

«Я не зря сюда пришёл»

– Что для вас самое важное и желанное сегодня?

– Очищение и понимание того, что ты чего-то добился. Что ты проповедуешь, как нахал, какие-то вещи на сцене, а тебя слушают, понимают и разделяют твои взгляды. Когда ты преодолеваешь этот барьер, когда чувствуешь, что не зря сюда пришёл, понимаешь, что это – счастье.

– Вы часто бываете в нашем городе, какое воспоминание самое дорогое?

– У вас очень красивый город. Тут мы снимали фильм «Новенькая» в 1968 году. В нём была занята почти вся женская сборная СССР по гимнастике – чемпионки мира и Олимпийских игр Тамара Лазакович, Людмила Турищева, Лариса Петрик, Ольга Карасёва.

И я играл тренера по гимнастике – я, совсем не гимнаст! Это незабываемые воспоминания!

Теги: Культура, Искусство

2008

Комментирование данного материала запрещено администрацией.